В этом процессе структурирования событий в нарратив иденичности можно выделить определённую логическую последовательность. В первую очередь в зависимости от задач и ситуации сегодняшнего дня, выбирается временная перспектива. Группа может смотреть в более или менее удалённое прошлое. Таким образом, событие может попасть в то или иное повествование, или же, напротив, быть из него исключённым. Социальная общность находит в истории тех или иных предков, выделяет принципиально важные для идентификации группы исторические события или периоды. Изменение степени отдалённости, глубины исторического прошлого, с которым связывает свою идентичность группа, может означать изменение образов предков, значимых событий или периодов, представлений об истоках, в конце концов - саму идентичность. Скажем, для сторонников объединения России и Белоруссии и поддержания их культурной общности значимым прошлым будут времена Киевской Руси. Для противников же интеграции и, соответственно, сторонников создания особой и отдельной от российской белорусской идентичности наиболее отдалённый временной горизонт обычно связан с Великим Княжеством Литовским и Речью Посполитой. В нашей стране проекты современной российской идентичности в выборе исторической глубины колеблются от периода Киевской Руси (а в наиболее экзотических версиях и от гораздо более древних времён этрусков, ариев и т.п.) до 1991 г.
Тесная связь памяти и идентичности проявляется прежде всего в том, что память нарратив, а идентичность по своей сути нарративна (П.Рикер). Процесс мемориализации предполагает выстраивание разрозненных событий в серии, создание из них различным образом структурированных повествований. Одно и то же событие при этом приобретает разное значение, в зависимости от того, в какую сюжетную структуру оно оказалось включено. Из одного и того же «мемориального материала» могут быть выстроены разные нарративы идентичности. Фундаментальная связь памяти и идентичности была проблематизирована еще у истоков memory studies французским социологом М.Хальбваксом. «Фундаментальный вклад Хальбвакса в изучение социальной памяти заключается в обосновании им связи между социальной группой и коллективной памятью. Его положение о том, что каждая группа формирует память о своём собственном прошлом, которая обосновывает её уникальную идентичность, продолжает оставаться отправной точкой для всех исследований в этой области», - пишет Б.Мишталь .
Таким образом, коллективная память формирует символический универсум, очерчивающий границы общности при помощи маркеров, «излучающих» смыслы, нормы и эмоции. Эти знаки, в соответствии с положениями Ф.Барта, становятся знаками идентификации, отличительными маркёрами «своих» и могут меняться в зависимости от текущей ситуации.
Поэтому при анализе взаимосвязи памяти и идентичности (в особенности, если речь идет о современной российской ситуации) важно иметь в виду, что образы памяти имеют не только когнитивный и поведенчески-нормативный, но и эмоциональный аспект. Причем последний неотделим от двух предыдущих и имеет не менее (а подчас и более важное) значение. Образы памяти всегда эмоционально насыщены. Будучи «очищены» от конкретно-исторических деталей они выступают как мифологизированные и поэтизированные образы добра и зла, носители социально значимых ценностей. Все это делает необходимым введение в понятийно-категориальный аппарат исследования понятия ностальгии в его социально-культурном измерении как тоски-сожаления о прошлом и оппозиционно-парного ему понятия рессентимента в культуре как навязчивого чувства злобы и ненависти к определенным историческим моментам.
Коллективная память удерживает образы событий и лиц с отчётливой позитивной или негативной окраской. Они превращаются в лишённые нюансов и полутонов символы идентичности группы, обладающие повышенной резистентностью к исторической критике. Полярные образы триумфа и страдания, жертвенных и победоносных героев, коварных и жестоких врагов структурируют память, определяют ее . Они помогают давать определения текущим ситуациям и выбирать модели реагирования.
Понятия памяти и идентичности неотделимы друг от друга. Любая идентичность, как индивидуальная, так и коллективная, связана с ощущением длящегося во времени бытия индивидуального или коллективного субъекта. Между памятью и идентичностью существуют отношения взаимозависимости. Идентичность укоренена в памяти, идентификация одна из основных (наряду с легитимацией) функций коллективной памяти. Манипуляции памятью являются одновременно и манипуляциями с идентичностью.P Память же в свою очередь зависит от присвоенной себе идентичности.PPPP
Формы социальной организации памяти. Память и идентичность
Формы социальной организации памяти. Память и идентичность
Комментариев нет:
Отправить комментарий